“Я оказался сильнее Ницше” — DeltaA про осознанные сны, сходство с 6ix9ine и драку с Oxxxymiron

У DeltaA (ранее — Delta Arthur) есть редкое качество. Когда он заходит в комнату, все взгляды окружающих тянутся именно к нему. И дело не в розовых косичках на голове, не в кислотного цвета одежде и не в тату в виде треугольника на лбу. Ну то есть не только в них. Он — артист, и всегда создает вокруг себя шоу.

Впервые я увидел его на творческих собраниях Collab Club, которые проходили при поддержке Ивана Клименко, в первую очередь, известного как саундпродюсер не нуждающейся в представлении Alyona Alyona. Тогда DeltaA исполнил одну или две песни со сцены — и этого хватило, чтобы разжечь любопытство и заставить ждать его первый сольный концерт.

Кстати, первый клип Алены Савраненко “Рибки”, надолго ставший ее визитной карточкой, — тоже его рук дело. Позже DeltaA снял рекламу для МТС (со звездой русского рэпа Big Baby Tape) и прорывной клип для новой поп-звезды Niletto на 140 миллионов просмотров. Есть что-то, что он не умеет делать?

Только что DeltaA выпустил альбом “Delta Force 2” — буйную, насколько хулиганскую, настолько же и изобретательную запись, цементирующую его статус как одного из самобытнейших артистов новой школы в Украине. 

Сегодня мы публикуем первую часть огромного интервью с ним, которое неслабо ломает стереотипные ожидания о том, кем же является DeltaA. Называйте его просто “артист”, а все, что происходит вокруг него — это его шоу.



— “Шоу Delta Arthur”. Вы всегда его без сценария снимаете?

— Это жизнь, чувак. Реальная жизнь! В последнем выпуске есть моя драка с Oxxxymiron, а еще камео Boulevard Depo, i61, «Вписки Шоу», Паши Техника. Мы ничего не придумываем. Шараут моему оператору, который эти перлы выдает спонтанно. Сейчас он мой тренер в тренажерном зале – мастер спорта.

— Общение с Мироном ограничилось только тем, что было в кадре?

— Нет. Оно закончилось, когда он настоятельно попросил выключить все камеры и отойти поговорить. Он сказал: «Если это видео выйдет в интернет, то у вас будут неприятности». Я сказал ему: «А что ты сделаешь? Настреляешь лещей? Или, может, тебе настреляют, как это привыкли делать?” (смеется). Мы начали выяснять отношения, он стоял злой, а оператор ему говорит: “Ты знаешь, что этот чувак — режиссер клипов Alyona Alyona?”. Мирон сразу же поменялся в лице, говорит: “Ааа, чувак, ну круто-круто, так это у тебя образ такой, получается?”. А я ему: “Ты че, гонишь? Это Delta Arthur, это жизнь, которую мы живем каждый день. Какой образ? Это ты привык к образам, у нас все по-настоящему”. Он ответил: “Уведите его, я не знаю, как с ним разговаривать”.

Это столкновение старой школы и новой. Даже на ментальном уровне. 

Сверхсознания с каким-то чуваком из прошлого. Я понятия не имел, что там, где мы гуляли, находился Oxxxyshop. Мы шли, снимали контент, импровизировали с прохожими. Единственное, что было спланировано, – наушники с японским экстремальным нойзом. Я давал их людям послушать, говорил что это мой альбом.

— Там было именно то, что звучало на видео?

— Да. Та обложка серая – это реальная обложка шумового альбома. В какое-то время я такую музыку слушал на полном серьезе. Изучал, как они искажают шум, кидают микрофоны в бочки железные.

— Ты же знаешь, кто такой Джон Кейдж?

— Это чувак, написавший симфонию без инструментов. Где на лайвах оркестр просто сидит и переворачивает нотные листы, в которых ничего нет. И это длится 4 минуты 44 секунды. Все это время они молчат. 

Я за эксперименты. В последнее время я сам ушел в более приемлемое звучание. Сейчас у меня произошло такое переосмысление, я переслушал свои ранние работы и пришел к пониманию, что у меня нет желания кому-то понравится или просто стать известным за счет работ, к которым у меня не лежит душа. Деньги не нужны, когда твое предназначение — это сделать революцию своего сознания. Я не готов этим жертвовать ради больших денег.

— В последних треках ты ощущал, что идешь против себя?

— Скорее изучал новое пространство, в котором могу экспериментировать. Но мне всегда нравилась связка метала, трэпа, vaporwave, ambient, noise. Сейчас я формирую альбом, и что в нем будет, сам не знаю. Творчество начнет осознаваться в процессе. Сделаю студию, хочу купить новую аппаратуру – и начну творить. 

Мне недавно приснилось, что я записал чисто рок-трек, и на утро я решил позвонить Жене Галичу из группы O.Torvald. Я ему снял недавно клип – он мне заплатил за него половину денег и половину еще должен отдать. Я ему звоню и говорю: “Чувак, помнишь ты мне должен денег? Давай бартер – что, если ты поможешь мне сделать рок-трек, поможешь прописать гитары?”. Он сказал: “Да, чувак, конечно, давай сделаем тебе весь продакшн, отмастерим в Беларуси, сделаем полный цикл”. 



На какое-то время я ушел в трэп-звучание, потому что качественный по саунду трэп сделать намного легче, чем метал. Ты можешь набросать все что тебе надо, сидя в эйрподсах во Fruity Loops, и есть приловчиться, то можно на домашних динамиках за $400 делать звук мирового уровня. А чтобы сделать крутое метал-звучание, необходима хорошая студия, дорогие инструменты, куча бабла. И это меня сейчас интересует больше. Того, что у меня звучит в голове и сердце, сейчас на сцене вообще нет.

— У тебя есть единомышленники в музыке?

— Вот есть Jpegmafia и Death Grips. Они делают экспериментальное звучание, но если взять уровень продакшна – с каждым релизом оно все хуже. Выигрывает Migos. Но мне нравится эта экстремальность первых и полированное звучание американской школы. Я хочу делать рок, в котором бас будет бить так же сильно, как в трэпе. Такого звука еще никто не сделал.

Я часто ассоциирую себя с Tekashi 6ix9ine. Следил за его судебными приключениями. Ты же знал, что он делал первые шаги в рэпе как видеограф? Он снимал клипы для других ноунеймов из Нью-Йорка, еще когда у него не было прически дикой, скиттлз-гриллзов. А когда его похищали из тачки, он на ноуте монтировал клип «Fefe» с Nicki Minaj. Он из тех, кто контролирует свое творчество на многих уровнях. К тому же он тесно связан с тяжелой музыкой из-за скрим-флоу. А в том, что касается пранков и идиотских бифов, ему вообще нет равных.

— Как часто приходится объяснять, что тебя зовут не Артур, а Артем?

— При тесном знакомстве и близком общении. Мои друзья знают, девушки, родители, братья. Но грань между именами для меня стерта.

— Как ты впервые задумался о том, чтобы заняться творчеством?

— С музыкой меня познакомил мой двоюродный брат. Он приезжал в гости, ставил мне сборники живой музыки, метала, рэпкора: Limp Bizkit, Papa Roach, P.O.D, Disturbed, Korn. Волна ню-метала девяностых. Тогда рэп и метал были тесно связаны. Тот же Eminem фитовал с Limp Bizkit. Мне всегда был ближе рэп-метал, и этот жанр красной нитью проходит через мое творчество.

— Первый трек. Когда это было?

— Первый трек у меня был под именем Группа Лопата. Это была панк-группа, которую я в школе сколотил из самого себя. Это был трек под названием «Забить до смерти лопатой». Стебный трек про то, что я злой чувак.



Я тогда слушал Сектор Газа и хотелось панковское, тупое название. Чтобы было понятно, что это не поп-музыка. Я был в классе восьмом. Прописал сам барабаны, гитару. Ходил в музшколу по классу гитары, но спустя три месяца бросил. Не мог настроить свой мозг на эту ментально рабскую систему обучения. Все, что я там выучил, я усвоил и со временем развил. У меня неплохое понимание нот, длительностей, видов аккордов. Я уважаю комплексную музыку. Где размер, скажем, семь девятых. Я кайфую с точки зрения технико-математической. Они так смещают ритмы, барабаны играют классический размер, гитара — укороченный, со временем они смещаются, друг на друга налезают. Я это замечаю и ловлю мурашки по коже.

— Откуда злость у восьмиклассника?

— Подсознательное желание шокировать. Слушал много подобного. Потом я начал делать рэп-треки. Первый сделал под бит DJ Premier, очень его уважаю, но слушать такое уже неинтересно. В этом нет духа времени, сейчас его музыка — это просто мечты по тому, чего уже нет. В средней школе я загорелся созданием битов, но не выпускал их. Я научился сведению, сделал миллион черновиков и демок. 

В детстве было какое-то давление от родителей, масс. Будто общество внушило, что я не должен заниматься музыкой, что в этом нет перспективы. На несколько лет я даже в это поверил, а в универе почувствовал, что приближается время становиться самостоятельным, разруливать финансовые и житейские вопросы. Музыка немного забылась, но потом случился переворот, когда я просто расставил для себя ценности. Вспомнил это зерно, которое в себе закопал. Пришло понимание, что я должен творить. 

Я из маленького города, Николаева, вокруг меня было мало людей, которые достигли успеха. Родителям не были близки мысли, что я стану звездой. Я даже стеснялся об этом говорить, это казалось абсурдным. Но после того, как я все переосмыслил, у меня был период, который предшествовал первому альбому Delta Arthur. Период тяжелых депрессий, расставания с девушкой и глобальной переоценки ценностей. На тот момент я был погружен в религиозную тему, медитации, читал Ошо и много духовной литературы. Это закладывало в меня зерна глобального мышления. В какой-то момент я поверил, что все возможно. Почему я не имею права стать мировой звездой и сделать переворот? Я нашел это зерно в себе, начал его взращивать и встретил много сопротивления. Будто весь мир решил устроить мне тест и сказать: «Нет чувак, это невозможно». Наши мысли для нас — это весь мир. Но мой мир на тот момент мне говорил, что мои мечты никогда не воплотятся в реальность.

— Сколько длился тот период?

— Около года. Я сходил с ума. Были навязчивые мысли. Переживанию этого посвящены треки «Decapitator» и «Темная ночь души». Это реальный духовный термин, обозначающий самый страшный период в жизни человека, который предшествует духовному просветлению. Великие люди перед тем, как получить опыт, связанный с духовным освобождением, проходили через период сумасшествия, дереализации, потери связи с окружающим миром.

 



Накопилось много негативной штуки. У меня всегда было желание глубоко познать этот мир, и думаю, это привело меня к тому состоянию, когда я пытался докопаться до истины. Первый альбом Delta Arthur — это то, что просто выпрыгнуло из меня. Я его создал как сумасшедший, когда попал в Америку.

— Вокруг тебя много людей, которые так же глубинно интересуются собой?

— На том уровне, на котором изучал я, – наверное, нет. Мои родители достаточно близки к этой теме, всяким медитациям, им это интересно, но они не погружались. У меня был период, когда я очень углубленно изучал осознанные сновидения, вел дневники снов. Тогда как раз вышел фильм «Inception», пусть я из него ничего нового по теме не почерпнул, но он дал понять моим чувакам, что это такое. Все, что есть в «Inception», я уже видел в собственных снах.

Есть такие темы как совместные сновидения, проникновение в чужой сон. И этого реально достичь при достаточном уровне практики. Мы с девушкой пробовали попасть в общий сон — пусть не сразу, но после тренировок специальных. Есть особые техники: вы должны настроиться, представить себя в одном месте, делать дыхательные упражнения перед сном. Утром мы начали обсуждать, что кому снилось. Я рассказываю — а она в ответ: «Я видела все то же самое, но не этой ночью, а вчера». То есть до того, как мы задумали нашу встречу. Я тогда начал понимать, что время тоже может быть иллюзорным. Будущее, настоящее, прошлое… Все может быть далеко не таким простым, как человечество привыкло представлять. Возможно, будущее уже произошло. Я не утверждаю, что я все это понимаю, эта тема требует большего осмысления. После того, как я стал интересоваться эзотерикой и всякими практиками, ушла депрессия, я стал более позитивным, избавился от фобий.

— Ты понимаешь, что своим видом и поведением, ты подаешь себя как человека другого склада восприятия?

— В этом моя игра и состоит – все не так просто, как кажется. Это жизнь – ты думаешь о ней одно, а на самом деле оказывается все по-другому. Я слышал такую теорию, что вся жизнь – это секундный сон в моменте, когда мы стоим перед богом при распределении в рай и ад. Он делает щелчок пальцами, нам снится вся жизнь, и он смотрит, как мы ею распоряжаемся. В какой-то момент я был убежден, что это и есть настоящая реальность. Или что люди ненастоящие, а я — центр сознания. Я всегда в каком-то поиске. Просто раньше он мог нести оттенок апатии, отчаяния. Я в какой-то момент стал глубоко понимать Ницше, читал его книги. Вот он познавал и в какой-то момент сошел с ума, закончил в дурке. Мне кажется, у меня был момент в жизни, когда я находился в той точке, после которой Ницше сошел с ума. Мне кажется, я оказался сильнее Ницше. Он в этой пиковой точке провалился, а я из нее выбрался, переосмыслил все, впитал и направил эту энергию в позитивное развитие.

— Когда у тебя впервые получилось реализовать технику осознанного сновидения?

— Я убежден, что у любого человека, который сегодня начнет ежедневно практиковать ряд пунктов, которые нужны для реализации, уже через недели две появятся результаты. Может, даже раньше.

Вот несколько из них. Для начала посмотри на свои пальцы. Прямо сейчас. Сосчитай их. Чтобы довести это действие до уровня рефлекса, поставь себе каждые полчаса будильники в течение дня. Он звонит — ты смотришь на руки. Это одна из техник осознания себя. Сон и жизнь — не такие уж разные штуки. Одно является продолжением другого. События в реальности влияют на наши сны напрямую, и наоборот — если нам приснился дурной сон, то и день насмарку. Если в это углубиться, можно прийти к выводу, что духовный мир даже более материален, чем материальный.


Так вот, осматривание рук должно стать твоим рефлексом. Во сне есть правила, которые невозможно нарушить. Одно из них: нельзя четко увидеть свои пальцы. Второе: ты не можешь во второй раз прочитать одну и ту же надпись. Если во сне ты берешь с полки книгу и читаешь — там написано одно, а если закрыть и открыть на той же странице снова — там уже будет совершенно другое. Буквы плывут, ты уже чувствуешь себя дислексиком. Третий закон сна: не можешь адекватно увидеть себя в зеркале. Будет либо чужое лицо, либо искаженное. Четвертый закон: время на часах — будь то аналоговые или цифровые — будет каждый раз разное, стоит тебе на них взглянуть.

— У меня был похожий опыт в детстве. Мне снилось, как я сижу в окопе и прячусь от снайпера. Он ведет обстрел моих позиций, а я сижу там и думаю: «Блин, а завтра еще и контрольная по алгебре». Такой силы это были переживания. И тут у меня произошел разрыв. Я вспомнил во сне, что я же ученик, а все, что вокруг, значит, должно быть, сон. 

— Какие у тебя были ощущения, когда ты осознал, что это сон?

— У меня страх пропал. Я понял, что со мной ничего не может случиться. И убил стрелка.

— Это оно! Есть несколько стадий. Большинство людей смотрят сон как киноленту. Не могут принимать решений. Есть стадия, когда ты видишь сон, и в какой-то момент у тебя щелкает, что это сон, но ты все равно плывешь по его волнам, не предпринимая активных действий. Третья фаза — это как у тебя. Когда ты понимаешь: «Так, я же могу не убегать, а остановиться. Могу вырастить вот тут здание». 

Если у тебя такая штука проявлялась без умения, представь, если ты недельку будешь активно практиковать, то сможешь добиться всего, чего хочешь. Это как в Linux, когда входишь в терминал. Обычный юзер клацает иконки, а ты можешь войти в терминал и перепрограммировать комп. Практикуй техники расслабления, когда перестаешь ощущать свое тело. Вот недавно, когда я начал практиковать, мне приснился рок-трек. Я проснулся в сумасшедшем порыве, когда мелодия все еще звучала в моей голове. Я открыл Ableton — и записал ее.

Вторую часть интервью о поездке DeltaA в Америку, бифе с Lil Morty и скандале с полицией Николаева читайте на rap.ua через несколько дней.



Интервью: Андрей Недашковский