«Лепс сказал: ты будешь слушаться меня во всём»: интервью с Артёмом Лоиком. Часть1.

Беседа с Артёмом Лоиком назревала давно – уж слишком много вопросов хотелось задать, слишком многое хотелось обсудить. За несколько часов до недавнего киевского концерта Артёма мы и решили поговорить. Лоик заказывает чай, я раскладываю на столе диктофон и тетрадку с вопросами, к которым перейти получится не сразу – беседа завязывается сама по себе. В итоге разговор получился настолько длинным и одновременно интересным, что было решено разбить его на две части. Сегодня мы представляем вашему вниманию первую часть.

Тём, я сразу хочу тебе сказать, что тебе симпатизирую, но ряд неудобных для тебя вопросов задать должен.

Да для меня уже, наверное, нет неудобных вопросов. Я помню, ты и раньше меня поддерживал, и вообще rap.ua всегда меня поддерживал. Я, знаешь, раньше переживал, хотел попасть на rap.ru, на the-flow, а сейчас уже всё равно, я знаю, что всё равно буду делать то, что делаю. Знаешь, я перешел уже тот рубеж, когда уже не трогает, не больно, переболело уже.

А не перегорело, это не равнодушие?

Нет. Ко мне пришло понимание – и я надеюсь, что не ошибаюсь, что это моё дело, поэтому будет ли какое-то внимание от публики, или его не будет – я всё равно буду это делать.

А деньги?

Ну, пока хватает. Есть концерты. Я сейчас нигде не работаю, рэп – это мой хлеб. У меня есть сын, есть жена. И вот я уже год не могу закончить ремонт, и мы живем то там, то там. Пока я выдерживаю, но если я пойму, что не хватает – а я хочу, чтобы у сына всё было, то тогда придётся работать. Сейчас садик, потом в школу пойдёт, я хочу, чтоб у него были все игрушки, которые он захочет, секции, одежда – так вот если я пойму, что рэп не сможет это все дать, пойду на работу. Рэп, конечно, всё равно не брошу.

Сценаристом будешь работать?

Наверное, нет, сценаристом нет. Я сейчас думаю заниматься своим делом…

Я так и почувствовал, что напротив стартапер сидит!

Просто я сейчас открываю в Полтаве школу рэпа. Это не то чтоб заработок – это опять то, чем я хочу заниматься, мне от этих денег будет ни холодно, ни жарко. Мы сейчас работаем на базе 17-ой гимназии в Полтаве, но я хочу в другое помещение переехать.

Это школа, в которой ты учился?

Нет. Это меня поддержала одна из самых больших полтавских школ, школа, которая не боится экспериментов. Я просто там не только рэп-школу хочу сделать, я и образовательный процесс хочу перевернуть.

Слушай, но положа руку на сердце – нельзя же рэпу научить.

Можно! Разные формы стихосложения, например. Плюс – рэп это литература. Ко мне после концертов часто подходят люди, спрашивают, чего бы почитать. Любовь к чтению можно прививать тонко, не обязательно же говорить: «Надо читать!».  Мы вот проводим урок, я показываю самую стандартную схему, А-А, Б-Б, дети рифмуют, но получается что-то вроде «свет-нет-ответ». Я им говорю: все эти рифмы уже давно Потап использовал, их трогать нам нельзя (смеется). Рифмы должны быть более сложными, и когда мы начинаем разбирать, какие бывают рифмы, они не находят нужных слов, и соглашаются: действительно, нехватка слов, нужно пополнять запас!

А как уроки там будут проходить? Сколько дисциплин будет?

Ой, да по-разному, у нас сейчас пока вот уже месяц экспериментальные уроки идут. Я два раза в неделю пока прихожу в школу, во вторник и в четверг, и с трех до пяти я в школе.

А сколько учеников?

По записи – до ста. А вот постоянно ходят, уже целый  месяц – человек тридцать. У меня две группы. Первая – 6-9 классы, вторая – 10-11. У старшеклассников сейчас, знаешь, ещё юношеский максимализм…

Ясно. А сколько обучение стоит?

Пока у меня всё бесплатно. Потом – не знаю, нужно будет с директором поговорить, но символические суммы будут.

Кто-то из учеников уже написал что-нибудь? Есть что послушать?

Написали, но пока не записываем! Готовим большой номер сейчас, покажем в школе. Скажу другое: я понял, что преподаватели неправильно делают. Они вот приходят на урок и говорят: Пушкин, или, например, Шевченко – великий поэт. Это неправильно. Нужно так провести урок, чтобы ученик сам потом сказал: это великий поэт! Нам вообще система образования дает одного поэта: есть Тарас Шевченко! Удобно, чтобы люди не читали больше, потому что когда ты  начнешь читать других поэтов, ты попадешь в зависимость от поэзии, это хорошо, ты развиваешься, думаешь – но это неудобно для тех, кто там, наверху. Поэтому у нас либо «у Лукоморья дуб зелёный», либо «мені тринадцятий минало, я пас ягнята за селом», «Заповіт» – и всё, если копнем – можем к Симоненко дойти.

Ну не скажи, у меня в школьной программе, например, Зеров был.

Ну это ж ты, ты рэпер, ты связан с этим, это твоя профессия. Рэп – это тот мостик, по которому ты можешь прийти к литературе, своему мнению, отстаиванию его, к силе и свободе.

А что такое свобода?

Знаешь, это очень сложный вопрос. В общепринятом понимании свободы не существует, глупо говорить, что мы свободны. Например, мы дышим – мы уже не свободны, хотим есть – опять же, это не свобода, мы рабы, поэтому и говорят «рабы божьи».

Ты веришь в Бога? В Иисуса?

Ну да. Ну как, я считаю, что все религии ведут к одному. Гребенщиков очень круто сказал по поводу веры, что религии – это тропинки, которые ведут к вершине горы. То есть пути разные, но цель одна. И вот когда-то мы все туда поднимемся.

И сыграем в царя горы?

Нет, и увидим одно и то же.

Я, кстати, ещё ни одного вопроса из тех, что заготовил, тебе не задал, разговор сам по себе получается. Я вот сегодня пересматривал твой баттл с Галатом – там в конце видео есть афиша твоего концерта в Киеве. Её увидели более трёх миллионов человек. А сколько продали билетов на сегодняшний концерт?

Я точной цифры не знаю, но думаю, что немного билетов продано. Знаешь, меня уже со вчера тошнит, я переживаю обычно перед концертами. Я всегда расстраиваюсь, что мало людей приходит, мне всегда хочется, чтоб больше людей было.

Как думаешь, люди, которые придут на твой концерт сегодня – они за какой песней идут в первую очередь, что у тебя визитная карточка сейчас?

Я думаю, у меня визитная карточка сейчас – это не какая-то конкретная песня, это Версус. Если меня узнают на улице – то из десяти девять человек скажут про Версус. Уже не помнят ни про «Україна має талант», ни про «X-Фактор», даже про Лепса уже ничего не говорят. Версус – проект свежий, популярный, для молодёжи интересный, это то, с чем нужно считаться.

Есть ли у тебя чувство, что ты где-то недоработал, где-то недожал? Без рэперских «я ни о чем не жалею» и т.д.

Да, есть! Я на весну готовлю очень сильный материал. Я раньше расстраивался, а сейчас проанализировал ситуацию и понял, что я качественного контента в плане видео не давал. С аудио всё было хорошо – в альбом «Верните мне меня» я много денег вложил, там был сильный продакшн – там и Diamond Style, и 4eu3, и Scady, и над текстами много времени просидел. А вот с видео – не дожал, а сейчас надо всё визуализировать. Поэтому на весну я буду снимать несколько клипов, все силы направлю туда.

Вот есть у меня клип «Поэты» – он хорошо сделан, качественно, но я понимаю, что где-то всё-таки он не дожат. Это на инициативе всё делалось, все мои друзья в Полтаве собрались и помогли мне. Но я считаю, что за дело сейчас нужно платить – тогда человек приходит и работает. Поэтому  сейчас уже думаю, где взять денег – ограблю банк, например. По крайней мере, я попробую – вложу всё, чтоб потом сказать, что я сделал всё – и не получил. Или – и получил.

Раз мы заговорили про друзей и «Поэтов» упомянули – я вспомнил, что в этом клипе за тобой идут участники группы «Сен-Тропе». С кем ты дружишь в украинском рэпе? Настрой, «Сен-Тропе»… с кем ты еще близок?

Дима из «Сен-Тропе» – мой друг, с которым я всю жизнь прошёл, он со мной всегда. Те, кто в клипе идут рядом со мной – мои друзья, которые за меня горой. А друзья в рэпе… Ты ж понимаешь, дружбы в рэпе не бывает, я это почувствовал на себе, одна сплошная зависть.

С чьей стороны ты это чувствовал?

Я не буду называть имена. У нас знаешь, как дружат? «Ты пробился? Ты красавчик! Будем дружить! Выложим в инстаграме, что мы кореша и мы дружим!». Но когда ты пробился, а кто-то талантлив и ещё не пробился – то ты сначала долезь, а потом мы уже дружить будем. А «Настрой» мне прислали песню, и она меня завела, мне прям очень понравилось, и я подумал, что должен тоже зачитать с ними, мне было интересно, получится ли у меня так сделать на украинском! По сути, «Настрой» – первый для меня толчок к украинскому языку. Знаешь, нужные люди находят друг друга.

А почему тогда они разошлись?

Я не знаю, можно ли об этом говорить – это их дела.  Я с ними очень близок, я старше, больше в этом деле, а они только начинают, они молоды и они талантливы. Вот Андрюха Dran, например, мониторит постоянно всю западную музыку, у него очень тонкий слух, а Тур – больше технарь, он рэпер. Может, у них разные взгляды пошли, разные идеи, может, амбиции своё сыграли. Мы до сих пор держим связь, они очень хорошие ребята – я никакую сторону не принимал, я тут 50 на 50!

Кстати, ты смотрел баттл Тура с Буяном?

Я смотрел первый раунд. Не знаю, почему я не досмотрел. Я посмотрел Тура, посмотрел один раунд Буяна – я его ещё не знал тогда, – он тогда типа делал шоу, мне такое не очень нравится в рэпе. А Тур сделал прям рэп-рэп, прям чересчур, и зрителям и это не очень зашло, шоу всегда лучше заходит.

Раз ты говоришь, что шоу лучше заходит – почему не сделал его на том же баттле с Галатом?

Так попса тоже заходит лучше! У меня есть своё видение баттлов, плюс я хотел внести какое-то разнообразие, как-то раздвинуть рамки баттла. Меня туда звали уже давным-давно, у меня хорошие отношения и с Ресторатором, и вообще со всеми там. Меня давно вызывали, еще когда на крыше у них был баттл, им понравился мой путь – но, видимо, или перехотели… или перепили.

Прочитал в твоем интервью двухгодичной давности, что хип-хоп культура переживает сейчас в Украине перезапуск. Как по-твоему, он состоялся? 

Ничего не получилось.  Не знаю, есть коллективы, которые собирают… Во-первых, у нас нет единства. Да и в России тоже, если подумать. Во-вторых, рэп плохой, мне не нравится! Слабо делаем! Либо делаем, чувствуем – о, это люди хавают, буду такое делать! И это чувствуется сразу же, мне такое не нравится. А тот, кто делает круто – его не замечают, люди не поддерживают, потому что им нужно, чтоб ты получил признание, и вот тогда – да! Я просто почувствовал это на себе. Был я на «талантах», был я с Лепсом – о, Лоик, крутой рэп, надо послушать! Когда я нигде не был – ну, Лоик. Как только выиграл баттл с Хохлом – да ты что, нужно с Оксимроном баттлиться, всех выносить! Проиграл Галату, и все такие – быстро читает!

Прости, но это было правда слишком быстро для одноразового восприятия на слух.

Да я на это и рассчитывал! Я хотел, чтоб это было не на один раз, хотел, чтоб мои панчи разбирали потом. Ну, и ещё я текст подзабыл. В первом раунде я хотел удивить флоу, показать максимум, на что я способен, потом – панчи, и в конце – суть. Я растерял эти связующие нитки, получилось так, рывками.

Мне показалось, что Галат тебя перешутил, хотя не должен был бы – ты же в КВН играл, например.

Да мне что-то невесело в последнее время. Мне просто нужен был этот Версус – я понимаю, какие у меня есть пути сейчас, чтобы опять показать себя. По сути, Версус – единственный такой путь, другого я не знаю.

В чем для тебя состоит различие между текстом для песни и стихом? Бывает, что отрывки из стихов кочуют в треки или наоборот?   

Конечно, бывает! Это будет на альбоме, о котором я говорил, весь материал для него уже сочинен, музыка почти подобрана, только некоторые биты нужно будет купить еще.

А сколько треков будет? И почему, если всё уже написано, то релиз только весной?

Где-то 13-14. Ну, пока запишем всё, потом снимать будем. Это будет единая такая форма, постановка, я хочу театр тоже привлечь. Есть поэма у Марины Цветаевой, «Крысолов». Это старая сказка, в ней рассказывается о нашествии крыс на город Гамельн. Жители города вызывают музыканта, чтобы он помог им в обмен на дочь бургомистра.Музыкант играет на дудочке, крысы идут за ним, он их уводит и топит. А дочь бургомистра ему так и не отдали, и за это музыкант топит всех детей. И вот всё это я подам сквозь призму своего творчества, полностью возьму оболочку.

Концептуальный альбом получается, так? Сейчас они модны – тот же «Горгород», например.

Да! Хороший альбом, но опять-таки, там многое мне не понравилось. Очень здорово сделано, но ощущение, что там ничего нет. У меня к Оксимирону полный нейтралитет, но он со всеми его возможностями делает на злобу дня, то, что хотят. Делает все это хорошо, красиво, но боится сказать, что думает – он не ведущий, он ведомый, был и будет. Помнишь, он в баттле с ST сказал ему – я ведущий, ты ведомый?

Расскажи о контрактах в своей карьере, что и с кем ты подписывал?

Первый контракт я подписывал с СТБ, когда был на X-Факторе. Кстати, любым участникам на заметку – контракт на три года, ты обязан выступать, если тебя позовут.  Я считаю, что это правильно – они тебя открывают, дают большой толчок, это хорошая реклама.

А что в твои обязанности входит по этому контракту?

Официально было так: нельзя ничего делать без ведома СТБ. То есть если у меня концерты – то я должен им об этом сказать, и, если что – то 70 процентов им, а 30 мне, что-то в таком роде. А почему я в хороших отношениях с СТБ, с людьми, которые там работают? Потому что я делал всё, что хотел, и никто мне ничего не сказал. Даже когда Лепс меня позвал в Москву, Бородянский, главный директор СТБ, меня отпустил, хотя у меня еще был год контракта. Он, кстати, тогда ко мне подошёл и сказал умную вещь: Дай Бог, чтоб всё получилось так, как ты сейчас думаешь.  Они мне всегда помогали: у нас концерт, есть время, приедешь? И мне платили там, небольшие деньги, но платили, плюс за проезда, например. Я всегда приезжал – это как дань проекту, никому не отказывал. А потом с Лепсом подписал.

А с TruePromoGroup у тебя какие были отношения? Был контракт?

У меня не было с ними контракта, мы друзья. Сами ребята очень круто работали в плане пиара, концертов – они уже тогда привозили Басту/Ноггано. Был я, Гига и Соколовский – вот мы и работали все вместе, но никаких там контрактов мы не подписывали. Сотрудничество с  TruePromoGroup дало мне концерты, разные выступления, мы выпустили мой первый альбом «Взгляд», это были первые шаги. Приезжаем в один город – там полный зал! Приезжаем во второй – там сто человек! Приезжаем в третий – там опять полный зал! Приезжаем в четвертый – там восемьдесят человек!  Только хорошие воспоминания остались.

ОК, расскажи о работе с Лепсом.

Песню «Плен» написал я – мне дали музыку, я написал слова. Писал для Лепса некоторые песни…

Бесплатно писал?

Ну, он меня всегда благодарил, не было такого, чтоб он мне платил. Я жил в центре Москвы, у меня были все условия, тут ничего не могу сказать.

Тебе снимали квартиру?    

Я жил у него. У Лепса несколько квартир. Мы писали по вечерам песни иногда, работали, у нас отношения были чуть ли не как дяди с племянником.

Слушай, мне кажется, ты что-то не договариваешь про трек «Бабосы боссам» и конфликт, связанный с ним. Я пересмотрел этот клип перед тем, как ехать на интервью – слушай, но там ничего сверхкрамольного нет, там же скорее стебутся над моментами, о которых ты говорил, в строчках про «минетик» или про «бонус за анус».

Когда мы подписывали контракт, Григорий «Лепс сказал: ты будешь слушаться меня во всём». Я сказал: да, во всём, кроме текстов, для меня это самое важное. Не будет моих текстов – я не буду этим заниматься. Он согласился – конечно, мол, это никто не обсуждает, ты ж даже мне песни пишешь.

Я уже полностью написал альбом, это должна была быть очень интересная пластинка – мне дали музыкантов, звучание было такое, знаешь, рокорэп какой-то! Многое оттуда потом вошло в альбом «Верните мне меня» – вообще, хорошо, что я к рэпу вернулся, все не просто так. И тогда пришла эта песня. Я считаю её плохой, хоть там в конце есть момент, который отчасти её оправдывает, про тех, кто гнёт свою линию. Плюс слова, которые были использованы в тексте, плюс сама форма – это ведь то, что делает Потап, Серёга. Хотя Серёга – это не Потап, у Серёги разный репертуар, он вообще универсал, у него день рождения сегодня, кстати. Серёга вообще очень непрост, он меня такими дорогами возил в Киеве – никто таких не знает! Нас пропускали какие-то военные, у него там какие-то документы – в общем, Серёга – Стэтхэм нашего времени! Так вот, о «Бабосы боссам». У меня мама работает воспитателем, и один ребёнок, с которым она занимается, сказал, что я – его герой, потому что я никогда не вру. И вот представь – он слушает эту песню, а там полное враньё, да ещё и такие слова употребляются. Он послушает и сочтёт, что так говорить можно – Тёма говорит, и я буду! Пусть у меня не так много сейчас таких слушателей, не миллионы, но они есть.

Конец первой части. Часть 2.

Андрей Freel Шалимов