кАчевники: «Хип-хоп — это место, где остаются люди со стержнем»

Несмотря на то, что группе кАчевники всего около года, назвать ее участников новичками не повернется язык даже у самого матерого музыканта.

Den Da Funk (Денис Михальченко) известен по коллективам Tommy Gun и Ритмы Ра, SunSay (Андрей Запорожец) — по одноименной группе и, конечно же, 5`nizza, а Fame (Вячеслав Семенченко) — по участию в целом ряде собственных проектов (Da Marav, Урна Урана, Инвалиды Кунг-фу, Дай 5), полуфиналу баттла InDaRnb, ставшими классикой фитами с группой Centr, и еще десятку прочих коллабораций и проектов.

С одной стороны им респектуют именитые мeзыканты, от Respect Production, ЦАО Records и Gazgolder до Kenny Muhammad (легенда битбоксинга), Джона Форте (номинант на Грэмми, член «Refugee Camp»)  и Onyx.

С другой — называют «олдскулом» для стариков.

Пытаемся разобраться в этих противоречиях, а также обсуждаем реалии украинского рэпа, ну и, конечно же, новый альбом группы.

Как вы относитесь к творчеству Бориса Гребенщикова?

Den Da Funk: Относимся хорошо. Иду на его концерт скоро.

Fame: Очень крутой музыкант. Гений. «Время N» — отличный альбом.

SunSay: Мне доводилось с ним общаться несколько раз лично. Произвел впечатление открытого и образованного человека. Прекрасный поэт. Прекрасно к нему отношусь. А к чему вопрос?

Просто БГ — человек, который занимается множеством проектов, его уважают коллеги по цеху, он давно на сцене, уделяет много внимания текстам и музыке. Занимается различными духовными практиками… Но часто современные молодые люди считают его дремучим рокером из прошлого века. Никого не напоминает?

F: Ну так это же круто. Не понимает нас кто-то, не хочет вникать — ок. Мы правда не гонимся за тем, чтобы на наш концерт приходила толпа детей, только потому, что это модно. Сейчас у нас есть тот слушатель, который действительно любит такую музыку, и концерты с такой публикой могут стать чем-то действительно крутым.

С чем связан годовой перерыв между «Бодрый. Сторона А» и «Бодрый. Cтороной Б»?

S: Ну, во-первых, мы не сидели без дела — каждый, помимо кАчевников, занимается своими проектами. Я ездил с гастролями, Ден снимался в кино, Слава писал к нему же саундтрек, катался по фестивалям, сам организовывал хип-хоп ивенты.

То есть, вы реально кочуете? Какие планы на ближайшие дни?

D: Завтра идем на концерт Кровостока.

Ф: Из ближайшего — я еду в Белгород на фестиваль, который организовывает Клава ГидроПонка. Пять лет назад я давал там мастер-класс по битбоксу, интересно посмотреть — взросли ли плоды.

S: У меня концерт.

Значит перерыв связан с занятостью, а не с рабочим процессом?

S: С ним тоже. С какими-то песнями все было понятно изначально. А какие-то, как, например, фит с Влади, делались очень долго. Изначально это была моя с ним совместка, которую аранжировал Миша Нестеров, но в итоге решили взять ее на альбом кАчевников. Бит написал уже Слава, потом мы это все пересводили, потом Влади написал куплет, потом я попросил его кое-что изменить, потом он кое-что изменил, потом мы сделали песню полностью, потом что-то уже не нравилось Владу…

F: Да, у нас какие-то нелепицы были в тексте, переделывали еще. В целом у этого трека было редакций пять. Но, в итоге, получилась песня, которая мне, наверное, больше всего нравится на альбоме. Она именно полностью вылизана, каждый звучок, каждая строчка — все стоит на своем месте.

Вернемся к перерыву между альбомами. Получается, теория о том, что вы выпускали «Сторону Б» под летне-фестивальное время — это миф?

S: Да это не специально вышло.

D: Написано все было в принципе очень быстро. Просто потом на этапе сведения и мастеринга было очень тяжело.

F: Мы старались работать над альбомом только когда собирались вместе, потому что сам, допустим, я принять решение не могу. Необходимо выслушать всех участников группы, найти баланс и тогда уже работать над продакшном.

А как это вообще происходит? Вы — три амбициозных самостоятельных музыканта. Как вы уживаетесь в коллективе, мнения же часто расходятся?

S: В этом проекте я позволяю Славе быть музыкальным продюсером…

F: Ах, вы слышали? Он мне позволяет!

D: Вот, опять началось…

Нет, серьезно. До чего доходили ссоры? Драки-скандалы?

F: До драк и скандалов — точно нет, но я могу, например, развернуться, уйти и долго ни с кем не разговаривать.

D: А я могу Славика заблокировать везде, вплоть до инсты, чтоб он даже мои сторис не мог смотреть. Тут важно понимать, что конфликты происходят даже в семье. Мы стараемся найти что-то общее. Совместное творчество — всегда компромисс.

F: Например, когда писали «Мани-мантру», я Дену предложил аккуратно свою интерпретацию его текста, типа «Не против ли ты зачитать пару строчек, которые я написал?»

Ден почитал, ему все понравилось, а когда послали Андрюхе, он сказал: «Это полная чушь!» В итоге оказалось, что ему не понравилась только одна строчка, мы ее заменили и все стало ок.

S: Слава, как обычно, преувеличивает. Я не так сказал. А вообще, кАчевники — тот проект, где нельзя убрать, либо не учесть кого-то одного. Каждый вносит свою долю и получается именно такой сплав.

Что именно каждый вносит в проект?

S: Для меня это так: Слава дает основу, а я, скорее, ее уже украшаю. У Славы суперспособность — видеть кучу нюансов, какие-то тонкие ритмические вещи. Я считаю его гением. Ден, помимо таланта, сумасшедшей харизмы и подачи, является неким буфером. Он — настроение коллектива. Вдвоем со Славой мы бы этого не сделали никогда. Отдельно отмечу то, как Ден ведет себя на сцене, — это очень круто.

Когда это можно увидеть? Что по концертам?

F: Пока начинаем с фестивалей. Проверим, поймем слабые и сильные  стороны…

Как вы репетировали программу?

S, D, F (хором): Никак.

S: Мы отыграли на «Радио аристократы», вроде, получилось неплохо. Сейчас, естественно, будем активно готовиться. Без репетиции дали нормально, а порепетировав, дадим намного лучше.

Со стороны проект кАчевники выглядит максимально некоммерческим…

D: Это для тех, кто разбирается. А мне вот какие-то люди пишут, что мы проект Басты, и в нас вложили 500 000 долларов.

S: Ого! Для начала неплохо.

F: Пятьсоооот тысяч? Что на них можно сделать?

S: На самом деле — Gazgolder просто занимается дистрибьюцией, а весь менеджмент лежит на нас и на близких нам людях.

F: Насчет продюсерского проекта, это очень смешно. Были моменты, когда в процессе написания альбома у нас с Деном не было денег на метро. Но деньги — не главное, главное — осознанность. Понимать, что ты делаешь то, что нужно. Если осознанность есть, все в результате будет хорошо.

В сравнении с молодыми рэп-звездами охват кАчевников в интернете довольно небольшой.

S: Ага, мне дочка говорит: «Маловато что-то просмотров. Может, споешь что-то повеселей?»

F: А что такое охват? Я могу сегодня же позвонить своему знакомому, который накрутит нам столько просмотров лайков и комментариев, сколько нужно. Важно ведь не это. Ты лучше назови мне хоть одного гастролирующего молодого рэп-артиста.

В силу политико-экономической ситуации сейчас тяжело гастролировать в Украине…

S:  Как это? Страна есть. Городов много. Ездим, выступаем.

F: Ден, сколько мы объехали городов с Ярмаком? 30? По-моему, все нормально. Какая разница? Тут все проще — очень мало артистов в широком понимании этого слова. Ты должен не просто покурить что-то с друзьями и записать рэпчик. Артист — это большая работа, сегодня очень мало настоящих профессионалов.

S: Вот Alyona Alyona сейчас будет новым большим хип-хоп артистом. Точнее, она уже есть. Может за ней появится еще кто-то.

D: Еще у молодых есть проблема — отсутствие оригинальности.  Многие умеют читать рэп, но у них нет своего лица.

F: Да, очень часто новый рэп — это просто байт. Прямая бочка, трэп-биты, или вот, например, Allina Pash сделала сопилку под трэп, сейчас у всех будет сопилка под трэп. А это так не работает.

То есть превосходство молодежи над условными “стариками” — это надуманная история?

F: Ребята, я хип-хопом занимаюсь с 98 года. Из того поколения остались, по-моему, только я и Гига. Сколько было модников-перемодников. Где они? Хип-хоп — это место, в котором остаются люди со стержнем.

Как то я делал вечеринку, и Яша НКНКТ — единственный из молодых, кто нормально выступил. Ты не МС, если не умеешь фристайлить и достойно подать себя на сцене. Сейчас как — записал трек, заплатил в паблик 2000 и все — ты гетто-суперстар, нейборхуд-суперхиро. А потом эти пареньки выходят на сцену и не прокачивают. Пердят, кряхтят, умирают. К сожалению, таких большинство.

D: Мы никого ни в чем не убеждаем. Одни доносят свой месседж, мы доносим свой. Если говорить про какие-то модные явления — тот же рэп под прямую бочку — я делал это еще в 2010 году в составе группы Tommy Gun. Я не кичусь, просто объясняю, что это на данный момент скучно.

F: Точно так же, как триоли или фастфлоу, даббл тайм. Трек “Папе сдачи” был записан году в 2005. Мы не отвергаем то, что сейчас модно, просто стараемся идти дальше.

Как научиться выступать, чтобы не было стыдно?

S: Очень много играть. Мы ни с кем не соревновались, просто пытались доказать самим себе что-то. Сейчас я, в принципе, могу сыграть на аудиторию в 300 человек без микро. Есть опыт такой.

F: Я могу битбоксить так, чтобы меня было слышно на другом конце улицы. Мне приходилось этому научиться. Потому что было такое время, когда зарабатывал только то, что тебе на улице бросят в шапку. Выступил хорошо — поужинал. Плохо — нет.

Cейчас хип-хоп изменился?

F: С одной стороны — да. Исчезла преемственность. Но она исчезла и в Штатах. Если раньше в  рэпе всегда ценился крутой текст, музыка была на основе корневых жанров — фанк, соул, джаз, рок, блюз, то сейчас преобладает электронная музыка и текст как то отошёл на второй план. С другой стороны, хип-хоп есть. Просто мне кажется, что мы с той молодежью, о которой ты говоришь, находимся в абсолютно разных инфополях. Происходит множество мероприятий, куда приезжают настоящие легенды хип-хопа, но о них просто не знает тот, кто этим не интересуется.

D: Была очень интересная история. Мы были в Питере на хип-хоп фестивале, куда приезжал Тони Аллен, знаменитый барабанщик, которого называют отцом афробита, которого вряд ли кто-то знает из молодых. Он вышел на сцену и сыграл очень простой грув и никто из молодых, кто выходил позже на сцену не смог его нормально повторить…

F: А все дело в том, что Тони Аллена никто этому не учил, и он придумал этот грув сам. Говоришь, хип-хопа нет? На том же ивенте мы битбоксим с Ken Swift и Lil Cezar из Air Force Crew — отцами брейкданса, потом приезжает Donald D из Rhyme Syndicate, читает свою олдскульную программу. а потом идем к нему на лекцию о становлении хип-хопа в Бронксе. А потом приезжает Фьюз, и мы слушаем его новый материал. Вот скажи мне, это ли не хип-хоп?

S: Слава, успокойся. Не забывай, что Rap.ua у нас…

F: UA? Да не вопрос! Презентация альбома Alyona Alyona, мы с Ваньком устраиваем фристайл. Даже как-то «антибаттл» проводили с ним, где запрещено обзывать соперника. Проходят фестивали бибойские, по хип хоп танцу, крутые привозы, судьи из Европы и Штатов. Это все есть. Пойми, почему я говорю про брейкинг так часто, сейчас, при всем уважении, это намного более универсальный язык, чем украинский рэп. Настоящие герои украинского хип-хопа — это не рэперы, а бибои. Их знают во всем мире, они зарабатывают только этим, и при том, что ездят на мерседесах, не забывают делать локальные джемы, обучать молодежь, и всячески поддерживать культуру. Плюс они очень простые ребята — никакого пафоса, никаких кривых слов. Это называется воспитание и уважение. Ruffneck Attack, East Side Bboys, Hblast/Tatanaka, Navi Crew, Chicamocha, South Front, пацаны из Top 9 — вот реальные супергерои культуры, прямо сейчас.

Сейчас в России молодые рэперы вполне достойно зарабатывают и все у них хорошо. В Украине, все-таки, не так. В чем разница?

F: Я думаю, что в индустрии. В России раньше появились те, кто протоптал дорогу и топил за культуру. Люди, которые реально готовы были за нее умереть.

Молодые обязаны своим успехом тем, кто открыл зеленый коридор для рэпа в шоу-бизнес. Был Толмацкий, который через своего сына, царство ему небесное, начал продвигать рэп. Та же Каста, Лигалайз, много артистов. А кто у нас был? Леха Потап? Но он попсовую историю делает. Это давно не хип-хоп, хотя он вообще фанат «A Tribe Called Quest» и очень врубается в культуру. Еще были Крупин, 5Nizza, ТНМК и Михей. Green Grey ранний был ещё. Но этого мало. В России хип-хоп появился раньше и героев было намного больше.

То есть индустрия в упадке не из-за правильного менеджмента, а потому что “старики протоптали дорогу”?

F: Да! Нет фундамента.

S: Ярмак, кстати, очень хороший пример — он трушный чувак. Кто бы что ни говорил о нем, он верит и доказывает, что рэп может быть популярным.

F: Да, он к нам пришел пусть не из рэпа, но с открытым сердцем. Мы познакомили его с бибоями, рассказали об истории хип-хопа, объяснили основы. Он это понял, а не говорил: “Я сам себе все знаю без вас”. Это развитие. Это круто.

D: Или вот Грибы. Тоже все плевались вначале. Рассказывали, какие они плохие, а при встрече улыбались. Все сидят как мыши и себе что-то в коробочку шепчут, а при встрече руку жмут. Вот, в чем еще одна причина стагнации. Нет коннекта среди рэперов.

Я эту историю про отсутствие комьюнити слышу с 2000 года. Все об этом говорят, но никто ничего не делает.

F: Это не так. Я когда вернулся в Киев, начал делать вечеринки. Объединял людей. На одном из наших мероприятий, например, Alyona Alyona познакомилась с Ваней Клименко (основатель лейбла Rookodill’a, на сегодняшний день — саундпродюсер артистки, — прим. Rap.ua). Попытки объединения были и есть. Просто, например, в Киеве все слишком заняты собой. А вот во Львове — по-другому. Там как-то дружнее, кучней все.

Или вот еще история: мы начали знакомить между собой граффитчиков, бибоев, исполнителей, продюсеров, и из этого не просто что-то получилось, из этого вышел фильм “Сквот 32”. Целый фильм, представляешь? Ден в нем снялся, Друд, Сандра, Армо, Владифлейва, Джерри, Mr. Makoundi, Аленка Пономаренко, Смек из One Crew оформление декораций делал, я писал саундтрек и сыграл роль диджея, в нем куча персонажей от нашего хип-хопа. Фильм показывали в главных кинотеатрах страны. Это происходит здесь и сейчас!

Кого из украинских рэп-исполнителей вы можете выделить прямо сейчас?

F: Симптом очень крутой. Жду от него сольного материала. Симптом, если ты читаешь это интервью, желаем тебе сольного альбома с хорошим продакшном. Чтобы биты были под стать твоему таланту.

S: Может, в таком случае стоит этот альбом спродюсировать?

F: Ну, если он сам этого захочет. Почему бы нет.

D: Денні Дельта — довольно интересный энергичный персонаж.

S: Довгий Пес интересный. Alina Pash, конечно же. Я ей вообще желаю какой-то громкой worldwide истории. У нее все для этого есть.

F: Помню, мы записывали ее вокал для андрюхиной  “Песни Земли” на моей домашней студии, она пришла простуженная, но такого раздала, что соседи сверху спускались на звук. Она реально может стать next to София Ротару.

F: Один из немногих, кто прогрессирует — Яша НКНКТ. Там у него сейчас какие-то ссоры с бывшими коллегами. Хочется пожелать, чтоб ребята быстрее зарыли топор войны и радовались успехам друг друга. Если у кого-то что-то получается и его музыка сегодня кому-то интересна — нужно только радоваться. Популярность не вечна.

D: Еще Marul, и его напарник — Энди. Ребята очень давно и очень круто делают.

Они, вроде бы, уже не напарники…

F: Блин, да что происходит сегодня с рэперами. Все ссорятся и распадаются, даже не записав альбом….

S: Мы вот, хотя бы записали…. (все смеются)

F: Еще очень крутой Юра Бардаш. Его сольное творчество — это бескомпромиссный андеграунд.

S:  «Praktika» — это вообще что-то невероятное. Он этим клипом меня просто убил. А еще Миша Крупин.

F: Да! Миша Крупин — намба уан! Он настоящий музыкант.

D: Verry the Jerry

F: Да, наш уголек круто раздает.

D: Очень интересное впечатление оставил Архангел. Я знаю, что его кто-то любит, кто-то не любит, но мы видели его в деле.

F: Точно, он вышел на одной из вечеринок, взял майк и куплеты у него не заканчивались. Он настоящий МС — все слышно, громко, никто не задыхается не сбивается. Молодым очень часто этого профессионализма не хватает.

Вам кажется, что наша рэп-молодежь слабее «стариков»?

D: Нет, у нас вообще нет желания чем-то с кем-то меряться, наоборот — мы открыты к общению. А что-то сравнивать и доказывать — это не наше. Мы себе давно уже все доказали.  

S: Я даже комментариев никаких не читаю. Мы сделали что-то — и сделали, работаем дальше. Мы ничего не отрицаем. Одним нравится одно, другим другое. Так и должно быть. Мы же не застряли свогими вкусами в 90-х, есть очень много относительно новых имен на западе. Например, та же Noname со своими неимоверными текстами, тот же Kendrick или, например, August Green (супер трио, в которое входят рэпер Common, пианист-виртуоз и продюсер Robert Glasper, а так же Karriem Riggins — барабанщик-легенда, продюсер и DJ — прим. Rap.ua).

D: А мне кажется, что сейчас самые интересные — англичане. Я не так давно вел мероприятие, где выступала Flohio. С виду молодая, хрупкая, маленькая девочка. А потом она взяла микрофон и раздала такого флоу и энергетики, что всем все сразу стало понятно.

S: Это, кстати, очень важно — не быть зацикленными и вдохновляться артистами из других стран. 

D: Очень важно, чтобы у музыканта был свой стиль.

F: Грибы, кстати, как раз этим и взяли — они выглядели как пацаны из твоего двора.

Как можно коротко сформулировать концепцию альбома «Сторона Б», да и коллектива в целом?

S: Мне кажется, в песне «Вайб» есть весь концепт. кАчевники — это люди, которых объединяет что-то особенное. То, что они любят. Пусть где-то из прошлого, но им это нравится.

F: У нас масса противоречий, но всех троих объединяет что-то незримое.

D: Мы это упаковали в музыку. Это пишется не для продаж, тебя просто прет и ты не можешь остановиться. Это и есть концепт — любовь к музыке.

S: Со стороны, может, это кому-то не понятно, но это настоящее счастье — творчество. Это как влюбиться в прекрасную женщину — делать музыку с друзьями. Слава стал очень крутым продюсером. Ден появился со своей харизмой и тембром…

В треке «Вайб» Fame сравнивает группу с Родманом, Пиппеном и Джорданом — золотой троицей из Chicago Bulls. Нужны ли кому-то эти имена, когда сегодня есть Клэй, Кевин и Стэф из Golden State Warriors? Понимаете аллегорию?

F: Они нужны нам. Этого достаточно. А новые герои — это отлично. У них есть право на свой крестовый поход. Очень ждем свежих и новых имен.

S: Мы сделали то, что хотели, не исключено, что завтра нам захочется сделать альбом абсолютно в другом стиле.

В аутро у вас звучит нобелевская речь Бродского. Вы в курсе, что эта речь признана одной из худших за всю историю Нобелевских премий по литературе?

F: Да? А кем признана?

Критиками.

F: А как зовут этих критиков?

 

Интервью: Михаил Правильный