Артём Лоик: «Ярмак – не рэп»

Украинский видеоблоггер Николай Фельдман пообщался с Артёмом Лоиком накануне баттла с Ярмаком, а мы выписали для вас из этого интервью самое интересное и откровенное.

О предстоящем баттле с Ярмаком

Я все скажу на батле, поэтому… Очень много и так ему чести, что обращают на него внимание люди старше двенадцати лет, поэтому – я скажу все на баттле.

О новом альбоме

У меня есть план: Я давным-давно пишу альбом “Крысолов”, я хочу его выпустить, а что будет дальше – я не знаю, может это будет вообще крайний, последний альбом, даже не крайний, последний. Потому что я не получил просто той отдачи, которую хотел получить и я буду сочинять, писать, но я буду показывать это своим родным, своим друзьям, но не всем. И я уже не хочу никому ничего доказывать, ничего, никого не вести за собой, ни менять, у каждого свой мир. Пусть каждый, что хочет то и делает. Я просто дам музыку, вот последний альбом “Крысолов” а потом посмотрим, что будет.

О перспективных хип-хоп исполнителях в Украине

Тот же “Настрой”, правда он распался. Есть “Глава 94” – очень крутые пацаны. Но это те, которых я услышал, которых я вижу что у них есть какая-то суть слова, для меня это очень важно. Может они очень где-то однообразны, но там есть и попадания. А рэп – это  для меня слово, в первую очередь. Если процентное соотношение брать, то семьдесят на тридцать – семьдесят слово, тридцать музыка и кач. Поэтому вот они горячи. Есть конечно те, на которых есть еще надежда, что они захотят что-то доказывать. Просто они уже перегорели, да, тот же Лион, тот же Гига, да. То есть я знаю, что Лион готовит альбом, я слушал некоторые трэки, ну вот там будет немножко огня, мне понравилось. 

О Versus’е

Версус – это было сражение, баттл. Я за него деньги не получал, я ехал туда батлить, сказать всё, что я думаю, ну, то есть никаких не было на эту тему спекуляций. Меня там встретили, то есть, ну я попал в такой мир, где это всё не берется во внимание, то есть опускает и всё. Это рэп-тусовка, мы все люди и мы понимаем, что это верхушка, нас ссорят, всё происходит, вот так там, так меня и встретили. Хотя там спрашивали меня, что происходит и я рассказывал ребятам, ну я буду делиться, потому что до них наверное информация не доходит в полном объеме, но там не было такого, то есть я в этом плане давления не чувствовал вообще.

О конфликте Гнойного с чеченцами

Ты должен понимать, что твои слова, ты уже взрослый мужик и если ты мужик, то ты должен понимать, что ты несешь ответственность и в любой момент с тебя спросят. Люди, которые не понимают в батлах, если бы например да, был солдат, пацан обычный, который всё отдал и пошёл за свою странц, ему плевать, что происходит, верхушка ссорит нет, вот у него своя война, он пошёл за свою страну, вот он любит так свою страну и он бы услышал эти слова Гнойного и он бы с него спросил и по-жёстче чем чеченцы к примеру, потому что это человек, у которого другие принципы совершенно и он не понимает этих батлов. А я, как более такой человек, приближен к рэпу, я понимаю, что это всё специально, чтобы задеть, сделать, а потом они все, всё это забывается, они дальше общаются, но всё-таки, есть разные люди. Я сначала взорвался, потом это отпустил и решил вообще не иметь с этим никакого дела, отношения к этому персонажу.

О сотрудничестве с Лепсом

Нет, это не чистая попса, сейчас это превратилось в чистейшой воды попсу, но до того, как это начиналось, у меня было впечатление, как и у всех, что это человек, который гнёт вообще свою отдельную линию, это поп-музыка, с рок наполнением, за которое не стыдно, вот и всё, если б показать эту музыку тогда, раньше, вот что такое попса, мы бы не показали Козловского или Диму Билана, мы б сказали, вот у нас есть Лепс например, противовес американским аналогам и нам было бы не стыдно за его музыку, тогда, когда я переходил. И у меня дома все уважали его творчество и я очень любил, мне нравится Высоцкий да,  и он очень здорово сделал альбом Высоцкого и у меня была огромная радость, когда это произошло, то есть, во-первых: было очень интересно сделать такую совместную работу, мне нравился его стиль исполнения, когда он на надрыве это делает, я тоже это делаю вот так, на надрыве, а вот сейчас во что это превратилось, ну, называется не суди, да не судим будешь, имея всё, что имеет он, отказаться от всего и гнуть свою линию, ну давайте, когда кто-то дойдёт до такой линии, величины и вершины, тогда и будем смотреть, а так, конечно сейчас я скажу, да, я буду и я гнул бы свою линию всегда. Ну, знаем историю да, за Соломона, библейскую, что даже он свернул со своего пути, поэтому тогда для меня – это был уровень, у меня было впечатление об этом человеке очень такое кардинальное и ты такой, волнорез, который прёт и ему вообще никто не указ, вот я думал так. 

О мотивах создания рэп-школы

Я хочу чтобы то, что мне нравилось, нравилось как можно…ну, что б больше людей заценили, то что когда-то я вот заценил и открыл. Вот я когда-то пришел к чему-то и мне это очень сильно понравилось, я хочу чтобы то, что мне понравилось, понравилось как можно большему количеству людей. И вот, когда я это создавал, я не ставил себе цель сделать какую-то такую школу, что вот рэп, в таком-то году, разделился, там, на две части…кто начинал, кто его продвигал, кто что делал, я не хотел это делать. И так же в поэзии, я не хотел, там, Лермонтов родился тогда-то тогда-то и в первую очередь мне кажется я хочу перевернуть чуть-чуть систему образования, то есть я хочу показать что, без домашних заданий, без каких-то таких, вот, выучи, сделай, можно запоминать, обрабатывать, культивировать информацию. Мои дети, я всех просто призываю, посмотреть “Таланти Діти” и там они будут, я горжусь своими детьми, потому что вначале их было очень много, потому что все думали: “Вот круто, Лоик, будем читать, ага, йо”, а вот осталось двадцать пять, да, двадцать пять, но тех детей, которые поняли что рэп это не только “ага” и “йо”, которые любят читать, развиваться, которым интересна эта культура в первую очередь, потомучто она несет, такую, силу, свободу и вот те дети, думающие, сейчас будут разрывать на талантах, поэтому я очень рад и моя цель…вот пришел например к определённым литературным, таким, моментам, можно грубо сказать, так, вот школа закончилась, на первом курсе, вот на первом курсе я начал так читать, разбираться в рэпе, потому что я в начале слушал только Касту, ЮГ, вот для меня это, вот я думал что вот это круче всего потом я углубился, да, уже туда, в самые истоки и открыл целый мир, целую вселенную, они могут к этому прийти еще в седьмом классе, шестом и когда они приходят домой и рассказывают, да, своим родителям такие вещи о которых родители не знают, причем и с мира литературы и с мира хип-хоп культуры, у нас все…все едино потому что я убеждён, что рэп-это сильное, литературное слово, потому что если б это было не литературное слово, это был бы просто, какой-то разговорный жанр, но рэпер это в первую очередь тот человек, который умеет сочинять, даже тот же, даже если гангста рэп, например, вот, я всегда пример привожу Пуша Ти, рэп читает про наркотики, да, примерно, ну грубо говоря, про то что он, как он хастлил и берет образ в своей песне, песня к стати совместная, Nosetalgia называется, совместная с Кэндриком Ламаром и он рассказывает что, он какой-то образ берет что, вот я как Иван Драго с Боисом Пастернаком, Доктор Жеваго, вы понимаете? То есть, человек читает рэп про улицы с такими образами, да, а у нас? Такие вот, андерграунд, да? Я андерграунд, я вот читаю, что хочу то говорю, всех посылаю на хер, ну, это не рэп, это такой разгаворный жанр, но когда это будет какая-то сильная оболочка, какое-то сильное слово, которое заставит задуматься всех, вот тогда это будет рэп и я хочу чтобы дети пришли к этому раньше чем я пришел, потому что я отстаю, Цветаева вообще прочитала “Евгений Онегин” в пять лет, я в двадцать.

Посмотреть интервью полностью